Блог

Русские художники. Часть 6. Природа в пейзажах художников конца XIX века

А. А. Федоров-Давыдов

Пейзажи природы наиболее ярко раскрывались в картинах художника  В. Д. Поленова (1844—1927), пейзажная живопись которого наиболее близка по духу к передвижникам. Картина «Московский дворик» является характерным примером творчества художника. Кусочек патриархальной Москвы с традиционным бытом старых дворов и особняков в кривых переулках показан с легким лиризмом и полон очарования безмятежного покоя. Сам Поленов справедливо называл такие свои картины природы «пейзажным бытовым жанром». Жанровые моменты органически входят в этот пейзаж и объединяются в единстве его художественного образа природы. В лирическом звучании этой картины, в пейзажности ее трактовки города важное значение имеет свет солнечного дня, который играет и на заборах, и на сараях, и на куполах церквей вдали. Все изображение проникнуто светом и напоено воздухом.

Достижения Поленова в области пленерной живописи сыграли значительную роль в развитии русского пейзажа природы. Близкие по мотиву картине Саврасова «Грачи прилетели» и подобно ей раскрывающие лирическую прелесть обжитой человеком природы, пейзажи Поленова все же отличаются от нее общим настроением. Здесь вспоминаются картины с пейзажами природы не писателей-народников, а Тургенева, в особенности его стихотворение в прозе «Деревня». Эта тургеневская поэзия природы еще более заметно выступает в картине «Заросший пруд», пейзаже, полном задумчивости. Пейзаж превосходно написан, в своей красочности приближаясь к картинам Васильева, и еще более мастерски скомпонован. Эта особая картинная построенность также отличает его от пейзажей передвижников, стремившихся и в композиции сохранить непритязательную простоту природы. Картинность, как и моменты своеобразного «размышления о жизни», характерны для больших природных пейзажей Поленова («Ранний снег»).

Значительным вкладом в пейзажи природы явились этюды из поездок Поленова в Грецию, Египет и Палестину, связанные с работой над картинами на евангельские темы. Этюды эти значительнее картин. Мы находим в этих пейзажах прекрасное понимание разнообразной чужой природы, большие живописные достоинства и ту композиционность, которая придает им картинный характер. Поленов утвердил в русской пейзажной живописи самостоятельное значение законченного и отработанного этюда.

Творчество Поленова, с одной стороны близкое передвижникам, другой соприкасалось с картинами тех русских художников, которые долго жили и работали во Франции и не только писали пейзажи на сюжеты французской природы но и испытывали воздействие ее живописи, в частности барбизонцев. Таковы маленькие чудесные картины И. П. Похитонова (1850—1923), в которых почти миниатюрная тонкость отделки сочеталась со свободой изображения в целом («Ла Панн. Пляж»). Таковы пейзажи А. П. Боголюбова (1824—1896), бывшего вместе с И. С. Тургеневым главою колонии русских художников в Париже. Его творчество сложнее: лирические пейзажи, полные света и воздуха, выражавшие интимные переживания («Лес в Вёле»), сочетались у него с такими панорамическими картинами русских городов и маринами, посвященными русскому флоту и его истории, в которых находили своеобразное продолжение традиции Воробьева и вообще перспективизма. Картина «Устье Невы», построенная как панорамическое изображение, вместе с тем имеет и черты передвижнического понимания пейзажа.

Крупнейшие мастера передвижнической сюжетной живописи И. Е, Репин и В. И. Суриков мастерски использовали пейзаж природы в массовых народных сценах, где дело происходило на воздухе. Таков скупой, но чрезвычайно выразительный пейзаж выжженной летним солнцем дороги в «Крестном ходе в Курской губернии» Репина, являющийся не только природным фоном, но неотрывной частью картины. Пейзаж играет существенную роль и в развитии сюжета, и в живописном решении картины. Еще большую роль природа играет в зимнем пейзаже, на котором изображена московская улица XVII века в картине «Боярыня Морозова» Сурикова, не говоря уже о пейзаже во «Взятии зимнего городка» или «Покорении Сибири Ермаком». Понятно, что и обращаясь порою специально к пейзажу в этюдах, оба они создавали превосходные картины, исполненные живого ощущения природы и большой живописной красоты работы. Таковы, например, пейзажи «На мостике в парке» Репина или «Зубовский бульвар» Сурикова. Последний оставил нам также картины с превосходными акварельными пейзажами природы Сибири и зарубежных стран (Италии, Испании и другие).

Еще большее значение приобретает пейзаж природы в картинах В. М. Васнецова (1848—1926) и особенно М. В. Нестерова. В картине «Аленушка» Васнецов достигает слияния переживаний человека и состояния природы. Грусть девушки, скорбящей о своем братце, подчеркивается печальной задумчивостью лесной глухомани, тоской начинающейся осени, а само это «выражение» пейзажа раскрывается благодаря фигуре Аленушки. В пейзаже есть вместе с тем нечто таинственное и сказочное: олицетворение гиблого места, природа русских сказок о колдуньях и бедных детях-сиротах. Это передано и мотивом пейзажа, и освещением с сумеречными тенями в лесу. В картине «Богатыри» Васнецов придает пейзажу былинную широту и размах русской природы: это рубеж родной земли, охраняемый витязями. В этюде для картины подмосковная природа Абрамцева приобрела мощность, эпическое звучание пейзажа.

Так зарождается не только эпическая, но и историческая трактовка природы. Возникает новый исторический пейзаж, окрашенный национальным содержанием, завоеванным пейзажистами 70-х годов. Он выступает наиболее ярко в картинах А. М. Васнецова (1865—1933), таких, как, например, «Сибирь» с ее почти балладным строем. А. М. Васнецов, усвоив от Куинджи эпичность и поэтическую возвышенность языка, использует их для того, чтобы создать картины, проникнутые историческими ассоциациями и повествующие о природе Руси пейзажи. Так, даже простой пейзаж «Озера» наполняется неким эпическим содержанием, кажется рассказом из народных сказок и былин. Постепенно А. М. Васнецов переходит уже к чисто историческому пейзажу города, воскрешая и реконструируя в своих картинах природу древней Москвы («Москва конца XVII столетия. На рассвете у Воскресенских ворот»).
От Куинджи исходил в своих историко-былинных пейзажах и Н. К. Рерих (1874—1947). В его картинах сильнее, чем у Васнецова, черты природы, декоративности и цветовой красочности.  А. Васнецов и Рерих увлекались историей и археологией, и это сказывается в их картинах, но все же в них значительнее стремление передать «природу эпохи», «пейзаж времени», нежели конкретно рассказать о прошлом. Поэтому-то пейзаж и играет у них такую роль, как эмоциональная среда, как выражение времени через ее переживание, через «настроение».

Это «настроение», окрашивая собою пейзаж русской природы, делает его в картинах М. В. Нестерова (1862—1942) равнозначным, а порою и более важным, нежели фигуры. В самом деле, та умиротворенность, отрешенность от будничной жизни, хрупкая нежность природы и трепетность ожидания несказанного, которые так мастерски и доходчиво выражены в картине «Видение отроку Варфоломею» гораздо более убедительны в прелестном, сложном, одновременно и реальном и подобном мечте, пейзаже, нежели в фигурах схимника и слишком экзальтированного ребенка. Недаром в тихой мечтательности и романтической нежности этого пейзажа природы есть черты, напоминающие нам картину «Спящего пастушка» Венецианова, как другой пейзаж Нестерова «Молчание» заставляет вспоминать картины Сороки. Характерно само привлечение природных ассоциаций в наименовании пейзажа для того, чтобы подчеркнуть эмоциональность картины, её «настроение». Так поступил Левитан в названии картины «Вечерний звон».

Наконец, в картинах М. А. Врубеля (1856—1910) природа наполняется символическим содержанием. Со всей силой своих пламенных чувств, с трагической глубиной и нервностью переживаний, со своим живописным и декоративным даром, горящими, пламенеющими красками пишет Врубель ночной пейзаж. Зловещим огнем горят чертополохи и послезакатный ветер треплет гривы коней. Они чутко и встревоженно настораживаются, ожидая чего-то неведомого, словно просыпающихся ночью природных таинственных сил («К ночи»). И мы ощущаем в пейзаже это таинство ночи не потому, что на первом плане изображен вместо пастуха леший. Нет, здесь на нас воздействует то же чувство мирового, космического в природе, ее глубокое одухотворение, которое выражено было когда-то задолго до того в стихотворениях Ф. Тютчева, а после Врубеля — А. Блоком.  Нестеров и Врубель — очень различные художники. Но в картинах того и другого ошибочное, заблуждения заключаются в идеях, а правда — в глубине их чувств. Их пейзажи условны и символичны, но выраженное в их произведениях чувство природы глубоко человечно и правдиво. Обобщая, можно было бы сказать, что в этих картинах, как и в работах А. М. Васнецова и Н. К. Рериха, пейзаж природы давал возможность отвлеченные идеи конкретизировать как переживания, философские мысли передавать как «настроения», оправданные в своей эмоциональной жизненности.

Это стало возможно потому, что сам пейзаж достиг высокого развития лиризма, выражения переживаний и чувств людей в жизни природы. Эти задачи становятся основными у пейзажистов 80—90-х годов. Образуется так называемый «пейзаж настроения». И. С. Остроухов (1858—1929) в картине «Золотая осень» показывает нам природу тихого осеннего дня в лесу, с золотом деревьев и медленно падающими листьями, и в пейзаже выражает соответствующие переживания. Они совсем иные в картине «Сиверко» с ее суровым и бесприютным пейзажем природы, с ее величавой печалью. Величие и одухотворенность природы стремился передать в пейзаже «Притихло» и Н. Н. Дубовской (1859—1918). Пейзаж предгрозовой тишины, громады белых облаков, нависающих над темной водой, передает ощущение напряженного и тревожного ожидания в природе. Таким образом, «пейзаж природы» выражал на картинах и камерные, интимные и большие, широкие чувства; он мог наполняться общественным содержанием.

Другие статьи цикла «Русские художники»

Часть 1. Русская пейзажная живопись

Часть 2. Пейзаж в русской живописи

Часть 3. Классицизм в русской пейзажной живописи

Часть 4. Русский романтизм в пейзажной живописи

Часть 5. Природа в пейзажах 70-х годов XIX века

Часть 7. Природа в пейзажах живописцев конца XIX начала xx веков

Часть 8. Пейзажи в творчестве художников первых десятилетий XX века

Разместить комментарий